Подержаться за бразды

Инициатива нового губернатора Николая Цуканова по привлечению к браздам правления регионом представителей оппозиционных партий продолжает оставаться главной политической новостью. Хотя, оказывается, для главных фигурантов воскресных консультаций в Гусеве всё это новостью отнюдь не было

Как сообщил нашей газете лидер местных коммунистов Игорь Ревин, предложение, от которого невозможно отказаться (представить свои кандидатуры для возможного включения в состав регионального правительства), Цуканов сделал на встрече с фракцией КПРФ в облдуме еще до своей инаугурации.

- И такую кандидатуру – на пост министра образования - мы вполне официально внесли в правительство письмом ещё на прошлой неделе, - сообщил Ревин. – Имя нашего выдвиженца называть пока не буду, но человек это достойный и знающий. Если предложение губернатора сделано, что называется, всерьёз и надолго (а есть все основания считать, что это именно так), то возможно создание в регионе «правительства народного доверия», и такой поворот событий можно только приветствовать. Знаю также, что свои предложения по пополнению кабинета имеют и «Патриоты России», хотя они на встрече в Гусеве представлены не были.

Представители другой не участвовавшей в гусевской встрече партии – «Правого дела» прокомментировать инициативу Цуканова и своё к ней отношение никак не смогли: «Нет информации». В любом случае складывается впечатление, что Николай Цуканов действительно ищет для своей новой команды: а) профессионалов в различных сферах деятельности; б) представителей самого широкого спектра политических сил. Сложившаяся при его предшественнике Георгии Боосе практика кадровых назначений по принципу принадлежности к одной партии и формальной личной преданности «первому лицу», вероятно, признана неэффективной. Для реализации «нового курса», очевидно, требуется более широкая социальная база.

В связи с этим вспоминается, что в далёком прошлом руководство региона переживало очень похожие проблемы: как известно, в XV веке глубокий кризис власти постиг Тевтонский орден. Особенностью этой организации была её замкнутость: членом монашеского братства человек становился в молодости, а затем делал в ордене управленческую карьеру, не будучи никак связан с управляемым населением. И хотя положение в экономике орденского государства (а значит, и реальный достаток его жителей) в сопоставимых величинах выглядело гораздо симпатичнее нашего нынешнего, полностью отлучённый от определения собственной судьбы «электорат» не переставал роптать. А при удобных случаях – и в открытую восставать против своих администраторов, ища понимания и поддержки у властей соседних государств.

Выход из этого тупика был найден, когда очередной великий магистр, назначенный на свою должность почти 500 лет назад по старой схеме, нашёл в себе политическое мужество полностью реформировать систему: замкнутый клан, раздражавший население не столько реальной неэффективностью своего стиля управления, сколько отсутствием «обратной связи», потерял власть. При этом те, кто смог работать по «новой схеме», кто оказался способен вписаться в новые реалии, получили полную такую возможность.

Судя по уверенности шагов Цуканова, его инициативы – вовсе не «возмущение спокойствия», а нечто, явно одобренное теми, от кого зависело его назначение на пост. Как знать, возможно, активистам правящей партии следует крепко над этим задуматься и более трезво посмотреть на серьёзно меняющиеся правила игры?